Умерла женщина, история любви которой потрясла Японию

Эта история любви потрясла Россию и Японию. Воспоминаниями о женщине, которая знала, как это — любить по настоящему, поделились близкие.

Об удивительной истории любви россиянки Клавдии Новиковой и японца Ясабуро Хачия написано много книг и даже снят фильм. Просторы интернета выдают сотни ссылок с душетрепещущими подробностями их непростой судьбы. Русская жена Ясабуро — о ней вся Япония знает. Что из этого правда, рассказали Алексей Исаакович и Любовь Степановна Родя, они познакомились с Клавдией Леонидовной и Яковом Ивановичем (так в Приамурье называли японца) около тридцати лет назад в амурском поселке Прогресс.

Тяжелые судьбы…

Клавдия Леонидовна Новикова рано стала сиротой. Совсем юной пошла работать на мукомольный завод. Молоденькая, доверчивая, она тут же поплатилась за свою наивность.

Любовь Степановна Родя о Клавдии Новиковой и ее супруге-японце Ясабуро Хачия
— У них на заводе неожиданно заболел кладовщик. Она встала на подмену — и выпустила со склада груз, который выпускать было нельзя, — вспоминает долгие беседы с дорогим ей человеком Любовь Степановна. — А это вон чем обернулось!

А обернулось это тем, что Клавдию обвинили в хищении социалистической собственности. Дали десять лет лагерей.

Японец Ясабуро Хачия родился в многодетной семье с хорошим достатком.

— Он нам рассказывал, как его рикша в школу возил. Няня своя была… — вспоминает Любовь Родя. — Хорошее образование получил! А потом началась Вторая мировая война, его отец разорился. А потому Ясабуро вместе со своей женой Хисако пришлось уехать в Корею — думали, там жить легче будет. Успели обзавестись сыном и дочуркой. И тут в Корею приходят советские войска.

Ясабуро без лишних вопросов задержали и арестовали. В ту пору уезжали в кандалах тысячи пленных японцев. Но живыми назад возвращались единицы. Ясабуро дали срок, отправили в Магадан.

— Хисако, оставшись без мужа, забрала кремированные косточки умершего от дифтерии сына, взяла дочку на ручки и поехала обратно в Японию. Сказать, что ей пришлось нелегко, — это ничего не сказать. Она одна растила дочь, так и не выйдя больше замуж, накопила денег на дом, возле которого установила камень, где было написано: «Здесь живет Ясабуро Хачия». Кроме того, на протяжении всей своей жизни она откладывала деньги для своего мужа — верила, что он вернется! — делятся воспоминаниями собеседники.

Когда Ясабуро освободился, начальник тюрьмы посоветовал ему остаться в России, принять наше гражданство. Он так и сделал. Сильно боялся, что своим визитом навредит родным. Возвращаться из Советского Союза в проамериканскую страну, которой стала Япония в годы холодной войны, было страшно.

С Клавдией он познакомился в поселке-поселении в Курской области. Сложные судьбы пересеклись. И другой жизни — врозь — они уже не представляли.
Клавдия Новикова. Кадр из документального фильма «Русская любовь самурая».

Он — парикмахер, она — бухгалтер

Когда все самое страшное осталось позади, Ясабуро и Клавдия по совету приятелей перебрались в Приамурье, в поселок с громким названием Прогресс. Обзавелись клочком земли, домиком и хозяйством. Он в парикмахеры пошел, а потом и в фотографы.

— На фотографии он больше тратил, чем зарабатывал. Людям хотел приятное сделать, а потому со многих денег не брал, особенно если на похоронах снимал. Неудобно ему было! — рассказывают супруги Родя. — А Клавдия Леонидовна бухгалтером трудилась. Позже пасеку завели. А когда у Якова, так мы все его звали, желудок прихватило, она козу купила, чтоб парным молочком его лечить! В мире и согласии жили. Он — интеллигентный, аккуратный, не пил, не курил, не матерился, очень приветливый, руки золотые были. Она — красивая, заботливая, трудолюбивая. Детей вот, правда, так и не народили.

Так и прожили рука об руку почти 40 лет. До тех пор, пока благодаря череде знакомых в начале девяностых о местонахождении Ясабуро не узнали его родственники из Японии.

Долгожданная встреча и болезненная разлука

— Такая трогательная встреча была — словами не передать. Из Японии приехали его дочь, зять и брат. Японская жена тогда сильно болела, приехать не смогла. Застолье, конечно, сразу организовали. Наш Яков как песню на своем запоет, они все в плач! Спрашиваем: вы чего? Они рассказывают, что, оказывается, слова этой песни есть в записной книжке, которую он оставил жене. Позже эта книжка досталась дочери. И она ее каждый день пролистывала и песню эту напевала, — говорит Любовь Степановна.

Но за долгожданной встречей последовала болезненное расставание.

— А как провожали!.. Когда Яков узнал, что семья в Японии нашлась, он уезжать не хотел, понимал, что Клавдия без него затоскует. Переживали оба сильно. Спрашиваю: «Ну, что решили?» Клавдия Леонидовна отвечает: «Разговаривали всю ночь. Он на колени упал, просил не отправлять. Я стояла на коленях, просила — уезжай, там дети, жена, брат, сестра, внуки ! Хоть у одного из нас должен же быть счастливый конец…»

Он уехал. Но страшно тосковал по своей Клаве. А сколько она слез выплакала от одиночества, одна подушка знает. Единственное, что он мог, — это оправлять видеокассеты с обращениями к ней: «Бабуля, как ты без меня? Готовь кушать — не ленись. Как я скучаю по твоим борщам и блинам. Сам пытался их печь…» — обращался он к ней через телевизор. Песни пел, в любви признавался! Она этим и жила. Мы ее на праздники в гости зовем, а она — нет, говорит: «Я сегодня включу кассету и праздник со своим Яшей буду отмечать!» Еще он каждую субботу ей звонил. Делились новостями. Она пораньше садится у телефона и ждет…

Так и жили. А потом, прямо на руках у Ясабуро, умерла его японская жена Хисако. Отойдя от удара, он решил вернуться в Россию. Но Клавдия Леонидовна его отговорила — и здоровье уже не то, за 80 лет каждому, и с документами волокита. Он тоже звал ее к себе в Японию, но страх перед чужой страной у пожилой женщины был сильнее.

Шестого сентября этого года Клавдии Леонидовны не стало. Ей было 94 года. Похоронили ее в ставшем родным Прогрессе, на поселковом кладбище. Были самые близкие люди.
Ясабуро Хачия. Кадр из документального фильма «Русская любовь самурая».

ДОСЛОВНО

Последнее письмо Ясабуро Клавдии

«Клавдия! Я узнал о том, что тебя не стало, и скорбь одолевает меня. Я пытался дозвониться до тебя 30 августа, в день моего 96-летия, но у меня не получилось. Последний раз я слышал твой голос 14 июля. Все сорок лет, что я прожил с тобой в России, ты всегда была рядом со мной, всегда поддерживала меня. Спасибо тебе за все! Я смог вернуться в Японию только благодаря твоим усилиям, твоему усердию. Я безмерно признателен тебе за это. Вспоминаю, как мы даже изготовили гроб тебе и мне на родине. Если бы это было в моих силах, я бы хотел примчаться к тебе и прижать тебя к сердцу крепко-крепко. Но я бессилен. Спи спокойно, дорогая Клавдия. Твой Ясабуро».

Источник: ul.kp.ru